На главную
 
МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ
Вера Дербенева
 
 
  
 


Издательство: Молодая гвардия, 2003 г.

Твердый переплет, 336 стр.

Размер: 13 х 20 см

фото из книги смотрите здесь же на сайте в разделе "Фотоальбом"

 
  
 

В книге "Между прошлым и будущим" вдова поэта пишет о нём. Книга названа строкой из песни Леонида Дербенева "Есть только миг". У автора нет однобокого взгляда - Вера Ивановна рассказывает как наблюдатель всего, о чём пишет. Она обладает хорошим "читабельным" стилем и слогом, читать интересно, книга насыщена качественной информацией. И не только о поэте - в книге подробно и правдиво рассказывается о жизни тех лет, как в тех условиях появился и рос поэт Леонид Дербенёв. Много интересного в этой книге найдут для себя все, кто интересуется ретро, кому интересно читать и узнавать,как всё было на самом деле в той жизни из первых рук, или если и сами жили в те годы - узнавать что-то новое для себя. Вера Ивановна рассказывает, как появлялась та или иная песня, как система цензуры не давала авторам расслабиться, и как потом Леонид Петрович сам сказал, что готов терпеть цензуру, лишь бы не лилось то, что хлынуло в 90х. Как он переживал отношение Союза писателей, когда его не принимали. И как жизнь в итоге расставила всё на свои места и мы знаем, кто был большим поэтом - те, кто не принимали, или он, чьи песни поют каждый день на радио. Как с его помощью (благодаря работе с ним и его песням) всходили многие звёзды нынешней эстрады. Многим звёздам уделено отдельное внимание. И много-много другого интересного! Книга читается взахлёб и на одном дыхании.

А приобрести её можно в издательстве "Молодая гвардия" и, кстати, по символической цене - всего 103 рубля (с пересылкой она будет стоить чуть дороже). Такую книгу вы никогда не купите в книжных магазинах своего города, потому что она узкой специфической тематики и её просто не завезут. Поэтому заказывайте с сайта!

http://gvardiya.ru/shop/books/justbooks/203


В книге приводятся и стихи Леонида Дербенева, которые не предполагались песнями. Ведь он был прежде всего ПОЭТОМ. Вот некоторые из стихов - из этой книги:


ТЫ РЯДОМ ВСЕГДА - ЗЕМНАЯ

(стихотворение посвященное В.И.Дербеневой в конце 50-х годов, должно было войти в первый сборник Л.П. Дербенева 'Я живу в двадцатом веке', но сборник не был напечатан)

Ты рядом всегда - земная,
Звезда на моей орбите.
Сижу вот и вспоминаю,
Грущу и не понимаю-
За что я тебя обидел,
Опять сгоряча обидел?

Ночь сочинская качает
Созвездий густых росинки.
Ты утром согреешь чайник
На плохонькой керосинке.

Пойдешь по аллее к пляжу,
Где ухают глухо тенты,
И ты ничего не скажешь,
Не спросишь: вчера зачем ты?

Ты будешь хвалить погоду,
Скакать по ступенькам боком.
Я знаю тебя покорной,
Но знаю другую больше.



ЗА СУДАКОМ

(это стихотворение разругал в рецензии некто из Союза писателей тех лет - кто бы еще сейчас вспомнил имя того некто... А смысл критики был в том, что автор - т.е. Дербенев - не знает особенностей рыбалки... в то время как все знают, что Леонид Дербенев был заядлым рыбаком и все друзья у него учились этому искусству. В общем, критика была, что называется, не по существу)


Пусть под Москвою свищут соловьи
Заливисто, взволнованно и долго.
А я уеду судаков ловить!
А мне прислал письмо товарищ с Дона!

Там над стеной державной тишины
Всплывает солнце на востоке чистом:
Я закатаю высоко штаны,
Чтоб не мочить их зря в траве росистой.

Под омутом недолго постою,
Поддену в кольца голубую леску.
На снасточку прилажу и пришью
Серебряную узкую уклейку.

Не раз, не два она сверкнет над Доном,
Ко мне вернется, но в какой-то миг
На глубине, на твердой глине донной
За что-то вдруг зацепится тройник.

Я подсеку не позже и не раньше,
И в глубине натягивать сатурн
Пойдет судак, шершавый словно рашпиль.
Кругами набирая высоту:

И лягу в степь нагретую, в большую,
Ладони под затылок положу
И закурю. Веселые колечки
Куда-то поплывут над головой,
И будет чуть пощипывать коленки,
Исхлестанные мокрою травой.




ТЕТЯ ХАЛТУРА
(стихотворение Л.П.Дербенева о своей работе в 50-хх годах)

Тетя смотрит такой тетерей!
Но гудит-напевает тонко:
'Заработаешь толику денег,
А потом садись для потомков!'

И куются-клепаются 'перлы'-
Фельетоны, куплеты, песни:
И стихи про октябрь, про Май ли
По страницам бредут, хромая:



Одно из первых стихотворений Л.П.Дербенева:

Не был я знаменитым районным вором,
Не был жуликом, знаменитым на весь район.
Я играл, но играл настоящей сталью
У кино настоящего 'Унион'

Был ремень отрезвляющий
Вместе с папой на фронте.
И к делам несуразным готовый.
Мог споткнуться мальчишка, ходившей по кромке
В затемненной Москве пайковой:

У чердачных дверей на лестничной клетке
По моде, придуманной кем-то,
У всех до бровей нахлобучены кепки,
И меня и у шкета:

И свалившись, упал бы.
И мог докатиться бы
До какой-никакой, но до каторги.
Только вышло, что я не украл ни рубля,
Ни продовольственной карточки....



ГЛАВА "АЛЕКСАНДР ЗАЦЕПИН, АЛЛА ПУГАЧЁВА" (ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ)


Даром преподаватели
Время со мною тратили
Даром со мною мучился
Самый искусный маг.

Я не помню, как и при каких обстоятельствах Леонид Дербенёв познакомился с композитором Александром Зацепиным.
Зацепин тоже припоминает это с трудом. Возможно, их познакомил композитор Александр Флярковский. Точно Зацепин помнит лишь одно - это было в 1965 году, когда он начал работать над музыкой к кинофильму "На завтрашней улице". Зацепин предложил Дербенёву написать для этого фильма несколько песен, и Лёня с радостью согласился. До этого на "Мосфильме" Зацепину предлагали другого поэта, но он отказался.
Дербенёв и Зацепин сработались сразу, что у композитора получалось далеко не со всеми. Дело в том, что Александр Зацепин, как правило, сначала писал музыку, а потом ее нужно было подтекстовывать. Не все это умели или хотели делать. Многие известные поэты считали дурным тоном заниматься подтекстовками. Дербенёв же делал это так искусно, что никто не мог догадаться, что было в начале - музыка или стихи.
В конце 1960-х - начале 1970-х годов многие исполнители, с которыми работали Зацепин и Дербенёв, уезжали из Союза, и становилось все труднее находить певцов и певиц, записывающих песни для кино. А фильмов, для которых писал музыку и песни Александр Зацепин, по-прежнему было много. Бывало, что он работал параллельно в двух или трех картинах, так что порой вообще не выходил из дома.
В большой московской квартире в центре города, где Зацепин жил в то время, он смонтировал домашнюю студию звукозаписи, в которой много экспериментировал с такими инструментами, как синтезатор, мелотрон, электропианино. Тогда это была, пожалуй, единственная частная студия звукозаписи в Москве.
Однажды Зацепин записывал в своей студии какие-то песни, там были музыканты, и кто-то из них сказал, что в одном из московских клубов проводится фестиваль песен, и посоветовал послушать Аллу Пугачеву. Зацепин поехал в клуб, послушал, и она ему очень понравилась. За кулисами он разыскал певицу и представился ей. К тому времени фильм "Кавказская пленница" уже вышел на экраны и его "Песенку про медведей" слышали все, назвал он и несколько других своих песен. Оказалось, что Алла их знает. Зацепин предложил ей поработать вместе, и она согласилась.
Первая его песня, исполненная Аллой Пугачевой, была написана не для фильма. Зацепин даже не помнит теперь, как она называлась. Дербенёв тоже написал первую песню для Аллы не в кино. Называлась песня "Хожу - вожу" и была создана с композитором Вадимом Гамалея. А потом уже пошли песни для кинофильмов на стихи Дербенёва и музыку Зацепина.
По словам Зацепина, Алла работала как вол и в молодости не была строптивой. Обычно она приходила в его студию, когда появлялась очередная песня для кино, проигрывала ее на рояле, иногда просила что-то исправить, изменить тональность...
Возможно, уже забыты названия фильмов, забыты и герои, певшие с экрана голосом Пугачевой, а вот сами песни помнятся и поются до сих пор. Совсем недавно они вышли на компакт-дисках и у композитора Александра Зацепина, и у народной артистки СССР Аллы Пугачевой.
С выходом каждого нового фильма, где звучали песни в исполнении Аллы Пугачевой, популярность ее возрастала и начинала успешно конкурировать с популярностью таких известных в то время звезд, как Тамара Миансарова, Майя Кристалинская, Валерий Ободзинский и даже Муслим Ма-гомаев. Она стремительно завоевывала и симпатии, и сердца слушателей.
До сих пор люди знают, помнят и слушают ее песни того времени - "Волшебник-недоучка", "До свидания, лето", "Куда уходит детство" и многие другие, написанные Александром Зацепиным на слова Леонида Дербенёва.
Расставшись с ансамблем "Веселые ребята" под управлением композитора Павла Слободкина, Алла перешла работать к Константину Орбеляну, руководителю Государственного эстрадного оркестра Армении. Она выступала с ним несколько лет, пела в основном его репертуар и с некоторого времени стала считаться его невестой.
Как-то Алла позвонила нам и предложила приехать в гостиницу, где хотела познакомить Дербенёва со своим женихом. В те далекие времена мнение Дербенёва было для нее важным. Мы приехали. Мне Орбелян понравился - он очень красиво ухаживал за Аллой и был неотразим. Лёня же стал горячо отговаривать Аллу от этого опрометчивого, на его взгляд, шага: Орбелян - восточный мужчина, а значит, в некотором смысле, деспот. В лучшем случае она будет петь с его оркестром до конца своей жизни, в худшем, выйдя замуж, будет петь на кухне "Сулико".
Алла со смехом сказала, что Орбелян - армянин, а "Сулико" - грузинская песня, но тем не менее замуж за него не вышла.
Лёня решил сам подыскать мужа для Аллы, хотя она об этом, наверное, и не догадывалась. И подыскал... себе на голову. Как горько пожалел он об этом впоследствии!
Где-то году в 1974-м Лёня познакомил Аллу (у нас на кухне) с ленинградским режиссером Александром Стефановичем. Стефанович тогда снимал фильм "Дорогой мальчик", а Дербенёв писал песни для этого фильма, и режиссер очень часто бывал у нас в доме... Здесь их встреча и состоялась. Сначала были посиделки вчетвером у нас на той же кухне, вскоре они прекрасно стали обходиться и без нас, а еще через некоторое время Алла стала женой Стефановича. Я ничего не помню об их свадьбе. Возможно, Дербенёв и был на ней, я же точно - нет, поскольку никаких воспоминаний не осталось даже в самом отдаленном уголке моей памяти. Алла стала реже появляться у нас. Александр Стефанович в своей книге "Я хочу "твою девочку", написанной вместе с Эдуардом Тополем, признается, что идея познакомить его с Аллой пришла в голову "замечательному поэту-песеннику Лёне Дербенёву, с которым я дружил и сотрудничал по нескольким фильмам. Это был необыкновенный человек. Помимо того, что он был автором прекрасных песен, он был еще и необыкновенно остроумным...".
Первую встречу с Аллой Стефанович описывает так: "И вот мы встретились у Дербенёва дома. Надо сказать, что она (Алла. - В. Д.) сразу стала королевой вечера. Веселила публику, была остроумной, когда надо, внимательно слушала, потом села за пианино, пела песни. Было ей тогда 26 лет. Она была тоненькой, стройной девочкой, что трудно себе представить сейчас. Рыжая, губастая, и хотя от природы у нее не очень выразительное лицо, но артистизм был необыкновенный.. ."
Тот же Стефанович свидетельствует, что "единственным светлым пятном в ее жизни в тот момент была ее творческая работа с Зацепиным и Дербенёвым. В этом смысле ей страшно повезло... Имея свою студию, Зацепин не зависел ни от "Мосфильма", ни от фирмы "Мелодия", у него не было отбоя от договоров с "Таджикфильмом", "Узбекфильмом", "Казахфильмом" и прочими. Они с Дербенёвым брались за любую работу, писали песни к фильмам, которые вообще смотреть было невозможно, и ухитрялись на этом жутком материале делать высококлассные песни".
Я давно уже человек далеко не наивный и знаю, что артистический мир, мир кино и эстрады, - жестокий мир, где сталкиваются амбиции, соперничают самооценки, борются самолюбия, где часто "все средства хороши" и "победитель всегда прав", но все же мне и сегодня кажется, что вместе со Стефановичем в нашу орбиту вошла какая-то мелковатая закулисная возня. А его довольно циничная книга только укрепляет меня в этом мнении.
Став мужем певицы, Стефанович сразу же попытался установить собственную монополию на ее творческую деятельность, утверждая себя в качестве единственного человека, мнению которого она должна доверять. И начал разрабатывать, по его же словам, "тайный стратегический план проекта "Алла Пугачева". Кроме того, был еще и тактический план из двадцати пунктов по реализации этой стратегии, вывешенный на стене в кухне. Суть его была такова. Выдумывается образ "народной любимицы-страдалицы". Для этого нужен репертуар. И Стефанович, несмотря на свою дружбу с Дербенёвым, которой чуть ли не гордится, предлагает ей "поднять планку выше". "А поскольку Шекспир был несколько выше моего любимого Дербенёва, - пишет он, - то я и прочел ей для начала свой любимый сонет..."
С появлением в жизни Аллы Пугачевой ее нового мужа отношения певицы с Зацепиным и Дербенёвым стали ухудшаться. Не только Шекспир и Мандельштам, но и Кайсын Кулиев, и еще кто-то - кто угодно, только не Дербенёв. Да и не Зацепин - музыку к стихам писала сама Алла.
Следует сказать, что и Дербенёв с Зацепиным, еще до знакомства Аллы со Стефановичем, тоже были воодушевлены идеей "раскрутить Пугачеву" через кинематограф и начали всячески расхваливать ее как талантливую певицу (совершенно справедливо) главному редактору одного из творческих объединений на "Мосфильме", но в дальнейшем здесь уже не обошлось без Стефановича...
Он убедил Аллу показать свои песни на "Мосфильме" под фамилией Горбонос, выдумав трогательную историю о гениальном мальчике-композиторе из Люберец, прикованному к инвалидному креслу, который якобы пишет эти песни. А для достоверности сделал даже фотографию этого Горбоноса, загримировав Аллу и переодев ее в мужской костюм. Ни Лёня, ни Саша Зацепин ничего не знали об этой мистификации а-ля Черубина де Габриак.
Первая трещинка в отношениях Аллы с Зацепиным и Дербенёвым произошла на съемках фильма "Женщина, которая поет" режиссера Александра Орлова. До этого вышло уже десять фильмов с песнями, написанными Александром Зацепиным и Леонидом Дербенёвым, которые за кадром озвучивала Алла Пугачева. И все было замечательно. Но, по чьему-то мудрому высказыванию, - "Успех, пришедший к ним, венчает их союз. Меньше уверенности, что он цементирует его". И вот оказалось, что союз не так уж и прочен.
Музыку к этому фильму должен был писать Зацепин, а стихи для песен - Дербенёв. Вдруг оказалось, что в фильме будут исполняться песни, написанные на стихи и других поэтов, но это было еще терпимо. Ведь исполнялась же в "Кавказской пленнице" песенка о султане, написанная не им. Когда же для названия фильма была взята строка из песни не на стихи Дербенёва - "Женщина, которая поет", - это стало большим поводом для обиды. Для обиды, но пока не для разрыва...
Тот же Стефанович через прессу распространил слух, будто это биографический фильм певицы, хотя ничего биографического в нем ровным счетом не было. Но публика клюнула на эту приманку и повалила на фильм толпами, а читатели "Советского экрана", пишет Стефанович, "назвали Пугачеву лучшей актрисой года".
Намного опередив наше "рыночное" время, Стефанович для "раскрутки любимой девушки" не брезговал ничем, о чем с упоением повествует в своей книге.
Одновременно со съемками фильма "Женщина, которая поет", - тогда еще он назывался "Третья любовь", - режиссер Стефанович снимает свой фильм о "Песнярах", где в одном из эпизодов появляется Алла с песней "Женщина, которая поет" и двумя другими. "В принципе, они на фиг не нужны в фильме о "Песнярах", - пишет Стефанович, - а их запись в ночные смены и вызов музыкантов стоили довольно дорого, но мы их записали. Потому что Зацепин в своей студии записывать песни, написанные не им, конечно, никому не позволял".
И вот, рассказывает Стефанович, в фильме "Третья любовь" Аллу утвердили на главную роль, а композитором и поэтом, которые будут писать песни для фильма, - Зацепина и Дербенёва. Но несмотря на это, Алла показала режиссеру Александру Орлову свои песни, записанные в фильме о "Песнярах". В те времена на "Мосфильме" была совершенно жестокая, по воспоминаниям Стефановича, система: музыку к кинофильмам могли писать только члены Союза композиторов. Вот здесь и понадобилась придуманная Стефановичем легенда: Пугачева, показывая режиссеру песни со своей музыкой, разыграла при этом драму с комедией, что, мол, ей встретился молодой и совершенно гениальный мальчик из Люберец, прикованный к инвалидной коляске, который их и написал...
Зацепин эту историю рассказывает несколько иначе. К нему пришла Алла и попросила в его студии записать четыре написанные ею самой песни, но выпустить их хотела под псевдонимом - Борис Горбонос, поскольку она не член Союза композиторов и выпустить под своим именем ей никто не разрешит. Зацепин пригласил музыкантов, и песни были записаны, причем Алла заверяла, что собирается только отдать эти песни на радио и петь в своих концертах, но тут же отнесла их на "Мосфильм" и договорилась с режиссером, чтобы он вставил их в фильм. И даже убедила его дать фильму другое название - по одной из песен, написанных на ее музыку - "Женщина, которая поет".
"Получилось так, что я сам подрубил себе сук, на котором сидел", - вспоминает Зацепин. Когда на "Мосфильме" ему сообщили, что в фильме будут еще песни и Горбоноса, Зацепин удивился и сказал главному редактору, что никакого Горбоноса он не знает и работать с ним не будет, но мистификацию не раскрыл. Тот же в ответ строго отчитал Зацепина, дескать, недостойно так себя вести - нельзя обижать больного мальчика. В это время на "Мосфильме" уже фигурировала и фотография "больного гения".
Зацепину пришлось идти к директору "Мосфильма" Сизову и говорить, что их обманули и никакого Горбоноса в природе не существует, поэтому он никого и не обижает, но в фильме работать не будет.
Сизов стал уговаривать Зацепина не уходить из картины, ведь он так давно сотрудничает с "Мосфильмом" и должен войти в их положение: у них одна картина уже закрылась, а если закроют и эту, сотрудникам нечем будет платить зарплату... В конце концов Зацепин согласился закончить фильм, но отношения с Пугачевой несколько затянулись тучами.
Лёня же вообще долгое время не знал, кто такой Горбонос, а узнав, обиделся и на Аллу и на Сашу - что ж ему-то ничего не сказали. Но тем не менее из картины тоже не ушел.
Как-то, когда Дербенёв и Зацепин писали песни к кинофильму "Женщина, которая поет", Лёня приехал домой очень расстроенный. Оказалось, что Зацепин написал, по мнению Дербенёва, шлягерную мелодию, но Алле она не понравилась и петь песню на эту музыку в своем уже фильме, где она впервые снималась, причем в главной роли, Пугачева не хотела. И тогда Лёня предложил ей пари: он напишет такие стихи на эту музыку, что получится песня, которую Алла не сможет не спеть. Сказать-то сказал, а вот какие стихи писать?
Долго песня не получалась. Напишет текст, покажет мне.
- Ну как, нравится?
- По-моему, хорошо, - говорю я.
- Нет, не будет это Алла петь, я ее знаю.
И рвет черновик.
И потом опять бессонная ночь. И опять.
- Ну как?
- По-моему, хорошо!
- А по-моему, ерунда, ей не понравится. Ничего ты не понимаешь.
И только на седьмой или восьмой раз:
- Ну как?
- По-моему, хорошо, а может, я опять ничего не понимаю.
- Конечно, ничего не понимаешь. Это то, что надо! Вот посмотришь, она будет петь эту песню.
Лёня выиграл пари. Алле песня понравилась. Начиналась она такими словами:
Кто, не знаю, распускает слухи зря,
Что живу я без печали и забот,
Что на свете всех удачливее я
И всегда и во всем мне везет.
Так же, как все, как все, как все,
Я по земле хожу, хожу
И у судьбы, как все, как все,
Счастья себе прошу...
В памяти всплывает один забавный эпизод, связанный с фильмом "Женщина, которая поет". Я смотрела его в кинотеатре "Космос" (во второй или третий раз). Фильм закончился. Публика потянулась к выходу. Народу в кинотеатре было много, по проходам на выход идем медленно, плотной толпой. Впереди меня две женщины делятся впечатлениями о фильме. И вдруг их разговор принимает для меня неожиданный оборот. Женщины уверены, что фильм биографический, и все, что происходит на экране, происходило в жизни самой Аллы Пугачевой. Одна спрашивает вторую:
- А как ты думаешь, кто этот поэт, в которого она влюбилась?
- Да, наверное, Зацепин, - ответила та.
- При чем здесь Зацепин! Ведь Зацепин - композитор, в титрах было написано.
- Ну, тогда Дербенёв.
- Конечно, Дербенёв - я тоже так подумала.
Вот так и рождаются слухи.
Но из книги Стефановича можно узнать, что слухи, впрочем, как и скандалы, рождаются не просто так.
Мало того, что Стефанович придумал Горбоноса. Когда шедевра кинематографии из этого фильма не получилось, он решил, как сам пишет в книге, создать из Аллы образ "интеллектуальной певицы" - совершенно новый тип артистки на эстраде. В "Комсомольской правде" появляется интервью Аллы Пугачевой, в котором весь текст был наговорен им, Стефановичем, с использованием множества цитат из умных книг. Выдумывались и различные скандалы, чтобы создать ажиотаж, появлялись заявления, что артистка уходит со сцены, и этот трюк проделывался неоднократно...
Хорошо, допустим, такова "технология" славы, но к чему рассказывать об этом в своей книге с такой циничной откровенностью, как это делает Стефанович? Замечу, что ни Дербенёв, ни Зацепин обо всем этом даже и не подозревали.
А что касается слухов, то у нас со Светланой, женой Зацепина, даже мысли никогда не возникало, что дружба Аллы с нашими мужьями может таить что-то большее, нежели совместное, и очень плодотворное, содружество.
Правда, однажды я устроила дома "сцену ревности", но исключительно по просьбе своего мужа и задолго до выхода фильма "Женщина, которая поет".
Как-то ко мне в гости приехала одна из моих самых любимых приятельниц Людмила К. У нас тогда какое-то время жила и моя свекровь. Вечером мы сели на кухне сыграть в картишки. Лёня очень не любил, когда мы вот так втроем сидели, курили и "размахивали руками", как он любил выражаться. Мы же были так поглощены игрой, что совсем не обращали на него внимания, а он этого переносить не мог. Он ходил из комнаты, где работал, в кухню и бубнил, что у нас очень накурено, что у мамы должен быть режим, что она приехала к нам не для того, чтобы подрывать свое здоровье. Мы же в ответ говорили, что положительные эмоции благотворно влияют на человека, а мама не такая уж пожилая, чтобы отказываться от маленьких радостей. Лёня твердил свое и все больше и больше раздражался...
И вдруг звонок в дверь - пришла Алла. Они с Лёней ушли в его комнату, стали что-то наигрывать, что-то петь. Время шло. Мы доиграли кон и под шумок раздали еще раз, благо нас никто не трогал. Где-то около часа ночи на кухню вышел Лёня и сказал, что отвезет Аллу домой, поскольку в метро она уже не успевает (в то время Алла жила в Кузьминках), а на такси денег нет. Алла распрощалась с нами, и они уехали. А мы, счастливые и довольные, продолжали игру. Закончили и этот кон, начали следующий... Время бежало незаметно. Где-то совсем уже под утро Лёня вернулся. Зашел на кухню. Мы тут же быстренько сложили карты. "Лёнечка, миленький, не сердись, - стала заискивать я. - Может, чаю..." Он что-то буркнул в ответ и ушел спать. На следующий день я получила выговор.
- Я думал, ты волнуешься, не спишь потому, что ждешь меня. Я же уехал с молодой, красивой женщиной, так сказать, звездой эстрады... Ведь от нас до Кузьминок туда и обратно, ну, часа полтора от силы, а меня сколько не было? Тебе что, все равно, где я и с кем я? Хоть бы мамы постеснялась, устроила бы мне скандал...
Пришлось скандал устроить. Но все это так, штрихи к портрету.
В 1978 году песня Леонида Дербенёва "Все могут короли", музыку к которой написал Борис Рычков, получила Гран-при на Сопотском фестивале в Польше. Это был конкурс песни, а не конкурс исполнителей (что очень важно для дальнейшего повествования). Песню в Сопот повезла Алла Пугачева. Во времена Советского Союза авторы песен на конкурс не посылались, ехали одни исполнители. Естественно, что победителем Алла посчитала только себя. Она действительно блестяще исполнила эту песню. Аллу Пугачеву в Сопоте уже знали как лауреата конкурса "Золотой Орфей" за исполнение песни "Арлекино". Но то был конкурс исполнителей, а сейчас - конкурс песни.
В Москве Аллу ждал триумф - все-таки международное признание. И лукавый тут как тут. В Сопоте Алле вручили награду и дали премию - как ей лично, так и авторам песни. Борис Рычков и Дербенёв просят показать награду, а еще лучше отдать, кому она положена по праву. Не показывает и не отдает, говорит, что вручили ей - значит, она ее.
Свою часть премии Алла пожертвовала в один из детских домов в Польше. Лёня и Борис ждут своей части премии. Опять нет. Говорит, что деньги у нее украли, злотых нет, когда заработает, - отдаст в рублях. Борис в рублях взял, Лёня - не захотел (он должен был ехать в Польшу и очень рассчитывал на эти злотые). Разругались они с Аллой в пух и прах.
Дальше - больше. Фирма "Мелодия" собиралась выпустить пластинку Аллы Пугачевой, которая должна была называться строкой из песни Дербенёва "Все могут короли", но Стефанович убедил Аллу написать письмо протеста, и пластинка не вышла.
Собственно, он сам рассказывает об этом в книге: "Случайно мы узнали, что на фирме "Мелодия" делают ее пластинку. Я помчался туда и увидел совершенно жуткую обложку, которая называлась "Все могут короли"... А поскольку это выпадало из созданного образа певицы (интеллектуальной певицы. - В. Д.), я сказал ей: запрети этот ужас, наложи вето... И производство запланированной пластинки остановили, а вместо нее мы сделали первый советский двойной альбом, который назывался "Зеркало души". Название Стефанович придумал сам.
И хотя Лёня очень просил Пугачеву составить альбом так, чтобы на одной из двух пластинок были только его песни - Алла этого делать не стала и наряду с тринадцатью или четырнадцатью песнями Дербенёва поставила несколько песен других авторов. Стефанович уже целиком управлял "карьерой" Аллы.
И вот наступает новый 1979 год. Подведение итогов. В газете "Московский комсомолец" объявляются лауреаты - победители "Звуковой дорожки".
Певицы:
1. Пугачева Алла,
2. Ротару София,
3. Роза Рымбаева...
Композиторы:
1. Тухманов Давид,
2. Зацепин Александр,
3. Паулс Раймонд.
Певцы: Перечень.
И дальше "по письмам читателей "ЗД" определены наиболее популярные поэты-песенники года. Ими стали Леонид Дербенёв, Николай Добронравов, Владимир Харитонов. И интервью с самыми популярными авторами песен и исполнителями, среди которых Алла Пугачева и Леонид Дербенёв. Их фотографии - на одной странице, но в их интервью нет, увы, ни одного доброго слова в адрес друг друга. В их планах на будущее тоже нет места друг для друга. Мало того, в своем интервью Алла Пугачева сообщает, что с 16 января в Театре эстрады будут проходить ее долгожданные встречи с московскими зрителями, и добавляет, что "в этих встречах будет и грустная нотка - очевидно, это будут последние концертные выступления с моей нынешней программой, которая мне очень дорога".
Значит, все песни Дербенёва и Зацепина, записанные Аллой Пугачевой за последние три года, а это и "До свиданья, лето", и "Друг друга мы нашли", премированные на американском фестивале песни, и "Волшебник-недоучка", и даже "Песенка про меня" - самая популярная песня года, больше уже не будут исполняться в ее концертах. Неужели так обидели Аллу авторы, что она обиделась на песни?
Дербенёв, в свою очередь, рассказывая в интервью, что песня "Все могут короли" получила Гран-при в Сопоте, тоже не счел нужным добавить, что эту песню исполняла Алла. И его планы на будущее больше не связаны с Аллой.

Трудно представить, -
Все вдруг исчезло без следа.
Вот и расстались,
Вот и расстались навсегда.
Вот и расстались, вот и расстались,
И возвратить все назад не пытались...

Эта песня была написана Леонидом Дербенёвым и Вячеславом Добрыниным много лет спустя после ссоры Аллы с Дербенёвым (или Дербенёва с Аллой, какая разница) и не имеет к ней никакого отношения, но она здесь более чем уместна.
Лёня считал, что Аллу против него настроил, без сомнения, Стефанович. Да и в случае с сопотской премией, по мнению Дербенёва, ей самой никогда бы не пришла в голову мысль поступить так нечестно. И тем не менее очень переживал из-за этой пустяковой в сущности размолвки - ведь дело пошло просто "на характер", а приди она и скажи, мол, прости, старичок, не удержалась я, потратила ваши деньги, и все было бы в порядке. Но этих слов она не сказала.
Поскольку каждый из них безусловно талантлив, они не пропали друг без друга. У Пугачевой появились другие авторы: Раймонд Паулс - Илья Резник, Игорь Николаев, другие. Новые песни, новый оглушительный успех.
Дербенёв и Зацепин продолжали работать вместе.
Время шло. Дороги Аллы Пугачевой и Леонида Дербенёва шли параллельно к вершинам успеха и по теории Евклида никак не могли пересечься. Но есть еще и теория Лобачевского, по которой две параллельные прямые в бесконечности все же пересекаются. Эта "бесконечность" наступила для них более чем через десять лет.
Лёне предложили провести свой творческий вечер в Театре эстрады. Он был счастлив. В те годы не было теперешней возможности при наличии соответствующих денег арендовать хоть стадион, хоть концертный зал "Россия", хоть Кремлевский дворец съездов. Все было сложнее и строже. Дербенёв воспринял это предложение как дар Божий, тем более что впоследствии вечер обещали показать еще и по телевидению.
Режиссером его вечера-концерта была назначена Светлана Ильинична Аннапольская, лауреат Государственной премии. Светлана - очень известный человек на телевидении: она была режиссером таких популярных телепередач, как "Утренняя почта", "Огонек" и многих других музыкальных программ. Как я уже говорила, живем мы с ней в одном подъезде, но до того концерта были знакомы лишь шапочно, теперь же сблизились. Впрочем, здесь уместнее передать слово ей самой. Вот что вспоминает она о том времени в своей книге "Акватория любви":
"Мы жили в одном доме. Жили довольно долго, здороваясь у подъезда. Я знала, что это поэт Леонид Дербенёв. Я знала его песни. Но мне только казалось, что я знала. На самом деле все началось с того момента, когда мне поручили в редакции делать творческий вечер поэта Леонида Дербенёва. Я спустилась с 14-го этажа, где живу, на 9-й этаж, где жили Дербенёвы. Немного волновалась, нажимая кнопку звонка, ведь я шла работать. Дверь распахнулась, как она распахивалась перед всеми, с кем он работал. Именно распахивалась, так же, как и его сердце. С той самой минуты, как я переступила его порог, - этот дом стал для меня родным. Я пропадала там иногда с утра до поздней ночи. И только тогда я поняла, что не знала поэта Дербенёва, не знала глубины его души, не знала его неиссякаемой энергии, которой он заражал исполнителей, до седьмого пота заставляя на записях добиваться того, что заложено в его песнях. Он ведь всегда присутствовал на записях в студии, чего не делает ни один поэт-песенник.
Углубляясь в работу, просматривая фильмы, прослушивая записи, я была потрясена: "И это ваша песня?.. И это ваша?" Я не представляла себе масштаба его творчества. А какие разные исполнители! Но Леонид Петрович (уже в процессе работы - Лёня) необыкновенно чувствовал характер, эмоциональный настрой каждого исполнителя, его голосовые возможности. Алла Пугачева, весь первый период ее творчества, ансамбль "Веселые ребята", Валерий Ободзинский, Слава Добрынин, Михаил Боярский, многие другие... А в каких разных фильмах звучат его песни! Это не просто вставные номера, его песни - драматургия фильма, его философский настрой.
Мы работали с упоением: нам хотелось, чтобы это был не просто хороший концерт, с прекрасными песнями и исполнителями, не простая трансляция, а чтобы это был разговор поэта со своими зрителями...
...Мы часто спорили, но только не о творчестве, здесь мы были едины. После его песен я не могла слушать песни, где не было стихов, не было даже живых слов - так, шелуха. Я говорила Лёне: "Если бы ты написал только одну песню - "Есть только миг между прошлым и будущим", - ты бы уже был гением". Он улыбался такой светлой улыбкой. Леонид Петрович, Лёня, Лёнечка, я так горда, что в тот единственный миг между прошлым и будущим была твоим другом.
В 1995 году Лёни не стало. Не стало единственного и неповторимого Леонида Дербенёва. Как мы осиротели! Кто удержит Машу Распутину на острие, не давая свалиться в пошлость? Кто напишет Филиппу Киркорову такие лирические песни, как "Ты, ты, ты" или "Небо и земля"? На кого будет равняться наша песня?.."
Я еще раз возвращусь к воспоминаниям Светланы Аннапольской, но уже по поводу другого концерта, состоявшегося после смерти мужа.
А пока - о первом и единственном концерте его песен, который прошел в Москве при его жизни.
Концерт состоялся. В нем, кроме известных исполнителей песен Дербенёва, впервые спели песни на его стихи Филипп Киркоров и Маша Распутина.
Во втором отделении на сцену вышла Алла Пугачева - зал встретил ее оглушительным ревом и аплодисментами. Едва начинали звучать первые ноты старых, но, как оказалось, не забытых и любимых песен, - раздавался восторженный шквал рукоплесканий. Вечер грозил перерасти в бенефис Пугачевой, но Дербенёв был счастлив, и на глазах у него вот-вот могли появиться слезы.
В конце на сцену вышли Леонид Дербенёв и Александр Зацепин, Алла стояла между ними. Зал неистовствовал. Казалось, вот и настало время, когда эти три бесконечно талантливых человека снова будут вместе, может быть, уже навсегда, утроив успех каждого. Я ошиблась. После концерта Дербенёв и Алла Пугачева почти не встречались. Слишком долгой была разлука, слишком разные люди их теперь окружали. Дербенёв собирался "раскручивать" Машу и Филиппа, у Аллы - тоже своя жизнь в творчестве.
После творческого вечера Дербенёва Алла записала две песни на стихи Дербенёва - "Сбереги тебя судьба", сняв на эту песню клип, и "Зачем ты куришь, девочка?".
И только после того, как Алла Пугачева и Филипп Киркоров стали мужем и женой и начали появляться у нас вместе, в наш дом ненадолго вернулись те далекие семидесятые, когда Алла Пугачева приезжала к нам и долгие часы проводила с Дербенёвым, строя планы их дальнейшей творческой работы.
Во время круиза с композитором Александром Морозовым Дербенёв написал с ним цикл очень хороших песен, (как жаль, что они до сих пор почти не звучат). Лёня показывал их Киркорову, поскольку они написаны в мужском варианте, но Алла отговаривала Филиппа петь их, убеждая, что он еще слишком молод для такого серьезного репертуара, - ему нужны другие, "заводные" песни. Дербенёв погрустнел, но спорить и доказывать что-то Алле не стал. Немного погодя он показал ей стихи для нее:
До края земли солнце краем дотронется,
И окна малиновым вспыхнут огнем,
И выйдет терзать мою душу бессонница
Из черной пещеры, где пряталась днем...
Стихи ей понравились, музыку она написала сама, очень быстро. Появился клип с песней "Бессонница". Вот и вся совместная работа - всего три песни. Жаль.
В 1994 году Лёня заболел и лег на обследование в больницу. Ему назначили операцию, но она задерживалась - не было крови. Лёня обратился к Алле, и кровь достали. Когда муж умер, я растерялась, испугавшись, что не справлюсь со всем, и попросила Аллу помочь мне организовать поминки, поскольку людей собиралось прийти очень много.
Алла не только организовала поминки, но взяла на себя и все расходы по ним. Ее журнал "Алла" напечатал большую статью памяти Дербенёва...
Люди старшего поколения, может быть, помнят детское стихотворение "Четыре конца". В нем были "веселый конец", "грустный конец", "печальный конец" и "страшный конец".
В отношениях Леонида Дербенёва и Аллы Пугачевой тоже четыре конца. Веселый - начало их долгой и счастливой дружбы. Грустный - нелепая ссора (по молодости, что ли). Печальный - даже после примирения они не создали столько песен, сколько могли бы...
А теперь я перехожу к "страшному концу".
Что может быть страшнее смерти? Если не затрагивать всей глубины этого вопроса, а коснуться лишь отношений между людьми, то самое страшное, на мой взгляд, это предательство и попрание памяти умершего.
В конце сентября 1995 года мои друзья Николай Попов, Светлана Аннапольская и руководители студии звукозаписи РДМ стали готовить концерт памяти Леонида Дербенёва все в том же Театре эстрады. Пригласили принять участие в этом концерте и Аллу Пугачеву. Я переговорила с ней, и она подтвердила, что они с Филиппом обязательно выступят.
Буквально за два дня до концерта (афиши уже расклеены) я узнаю, что Филиппа на концерте не будет. Звоню Алле. Она объясняет, что он срочно уехал в Петербург на запись своих песен, поскольку студия предоставила ему время именно в день концерта и отменить или перенести запись он не может. Я, естественно, не верю Алле. Если бы она захотела, то смогла бы перенести запись на любое время. Значит, не захотела. Но не в моих силах что-либо изменить.
- Ладно, - говорю я, - очень жаль, конечно, что Филиппа не будет на концерте, но это не катастрофа. Ты-то будешь?
- Да, я буду, обязательно.
Больше мы не разговаривали и не виделись.
Телевизионный канал РТР собирался снять этот концерт, но Алла поставила условие - телевидение концерт снимать не должно. Почему? Просто она решила не сниматься на телевидении года два. По решению устроителей все деньги от концерта должны были пойти на памятник Леониду Дербенёву. Так что никто из артистов не получал ни копейки за выступления, и съемка на телевидении и демонстрация этого концерта на РТР - единственная возможность хоть как-то отблагодарить их. Но Алле до этого дела нет. Она не хочет телевидения, и его не будет. Или не будет на концерте ее. Выбирайте. Выбор сделан в пользу Аллы. Очень неловко перед всеми артистами, очень жаль, что этого концерта не увидят миллионы телезрителей... Но есть одна вульгарная присказка: "Против лома нет приема". Так и у меня. Концерт состоится без записи на телевидении. Точка. Все.
Мы семьей приехали на концерт незадолго до его начала. Нас встретила Светлана Аннапольская. На ней, как говорится, лица не было. Она сказала, что несколько минут назад Алла Борисовна уехала домой, послав ее, зрителей и концерт на три буквы.
Как оказалось, Алла Пугачева в концерте петь и не собиралась, она хотела его вести. Вместе со Светланой Ильиничной они заранее написали сценарий от лица Аллы. И вот теперь Аллы нет...
В первый раз концерт спасла Аннапольская. Она срочно вызвала телевизионщиков и умолила Ангелину Вовк вести программу. Ангелина тут же приехала и буквально за считанные минуты до начала стала перекраивать сценарий, в котором то и дело встречались предложения типа: когда я (Пугачева) с Лёней познакомилась, когда мы с Лёней работали, когда нас с Лёней спрашивали, и тому подобное...
И все же концерт начался. Прозвучала песня "Есть только миг". На сцену вышли ведущие - Ангелина Вовк и Вячеслав Добрынин... Хорошие и разные певцы и певицы, много "звезд", песни разных лет... Но когда Ангелина в очередной раз - по сценарию - сказала (заменив пугачевское "я" на фамилию): "Когда Дербенёв и Пугачева...", из зала стали раздаваться голоса: "Пугачеву давай! Пугачева где?!" Поскольку со сцены все время слышалось ее имя, все ждали, что вот-вот выйдет и сама примадонна.
Во второй раз концерт спас Лев Лещенко.
Когда он вышел на сцену и уже собирался петь, из зала опять понеслось: "Где Пугачева?! Пугачеву!"
- Дорогие зрители, - сказал Лещенко, - сообщаю вам, что Алла Борисовна по неизвестной никому причине отказалась выступать сегодня перед вами. Но это концерт не Аллы Пугачевой, это концерт памяти Леонида Дербенёва - для тех, кто любит и знает его песни, и не только те, которые пела Пугачева. Почитатели же Аллы Борисовны, пришедшие на концерт только ради нее одной, могут пойти в кассу, сдать билеты и получить свои деньги обратно. Их кумир сегодня выступать не будет...
Я, естественно, не запомнила дословно этот яростный монолог, но суть его передаю достаточно точно.
Зал горячо зааплодировал Льву Лещенко, хотя несколько человек все же поднялись со своих мест и ушли.
Что заставило Аллу Пугачеву так поступить? Не думаю, что это был заранее спланированный ход - провалить концерт. И я не знаю, как объяснить запрет телевидения, отсутствие Филиппа и, наконец, уход ведущей за час до начала концерта.
Светлана Аннапольская в своей книге так вспоминает тот концерт:
"И вот друзья Дербенёва и фирма РДМ решили сделать концерт, посвященный его памяти... Весь сбор от концерта и реализации аудиокассет с записями концерта - на памятник Леониду Петровичу. Все актеры дали согласие. Я позвонила Пугачевой... "Алла Борисовна, может быть, сделать два вечера: на одном вы и Филипп, на другом Маша Распутина?" (отношения между ними были испорчены, если честно, по вине Распутиной).
- Это ни к чему, у Распутиной последние песни Дербенёва.
- Алла Борисовна, может быть, вы будете режиссером?
- Нет, нет. Но я могу вести этот концерт. Приезжайте. Будем писать сценарий.
За мной прислали машину. Первый день работа шла прекрасно. Алла Борисовна обещала спеть "Бессонницу" и вести вечер, а Филипп - исполнить пять или шесть песен. На второй день за мной опять прислали машину, но настроение изменилось: "Филипп петь не будет - у него запись в Санкт-Петербурге, я тоже петь не буду, буду только вести". Но сценарий продолжаем писать. Он очень интересно выстраивается. На третий день опять машина, но тучи сгущаются. "Я буду вести вечер, только если не будет телевидения". На концерте актерам обещана съемка. Письмо к руководству "Останкино" об эфире подписано всеми, в том числе и Пугачевой.
Еду к организаторам концерта - "Алла Пугачева объявлена в афише". Отказываюсь от телевизионной техники... Когда мы с Пугачевой составляли программу, она поставила Машу Распутину с двумя песнями после Иосифа Кобзона в середине концерта. И одну песню Распутиной - последнюю Ленину "Я вернусь" - в финал.
За час до начала концерта приехала Алла Борисовна. Кладу ей на стол порядок выступающих. "А где Кобзон и Распутина, почему она в конце?" Я объясняю: Кобзон сообщил, что приедет со своего концерта неизвестно когда, и тогда после него пойдет Распутина... Одевает шубу, идет к выходу..."
Я ни на минуту не сомневаюсь в искренности Светланы Аннапольской и в правдивости ее рассказа. Она очень порядочный человек и не считает порядочность каким-то особым благородством, просто это ее образ жизни - всегда и во всем быть порядочной. По крайней мере за более чем пятнадцатилетнюю нашу дружбу мне ни разу не пришлось в этом усомниться.
Значит, так все и было, значит, Маша Распутина, сама того не ведая, послужила причиной потока бранных слов, хлопанья дверью и скандального ухода с концерта памяти Леонида Дербенёва... "Ах, Алла, Алла, - сказала бы я ей в тот момент, - ведь не станешь же ты отрицать, что Маша Распутина - "звезда" первой величины на российской эстраде. Ее голос, манера исполнения, раскованность на сцене не позволяют ее ни с кем не спутать. И ведь факт остается фактом - в последние годы жизни Леонид Петрович больше всего песен написал для нее. Да, Маша - "звезда", но ты-то не "звезда" - ты целая "песенная галактика", такая же, как и "песенная галактика" Дербенёва. С той лишь разницей, что в его галактике звезды - исполнители, а в твоей - композиторы и поэты. Так почему же ты ушла? Это же нонсенс - "галактике" обижаться на "звезду"...
Как жаль, что в тот вечер эмоции возобладали над здравым смыслом. Неужели нужно было придавать такое большое значение тому, какой по порядку выйдет на сцену Маша Распутина? Разве можно было из-за этого "плевать" на память Леонида Дербенёва? Вот что обидно и прискорбно.
И все же концерт продолжался более четырех часов и прошел с большим успехом.
Пресса на это событие отреагировала мгновенно. В "Московской правде" 8 декабря 1995 года появляется статья Андрея Вульфа "Кому завершать концерт", которая начиналась так: "Страшный скандал разразился на минувшей неделе в Театре эстрады, где состоялся вечер памяти поэта Л. П. Дербенёва..."
Скандала как такового не было, тем более "страшного". Были выкрики "Давай Пугачеву!", и то только в самом начале концерта.
И дальше в статье: "Первоначально по задумке авторов программы (во главе с С. Аннапольской) музыкальный марафон российских суперзвезд, исполнявших песни Дербенёва, должна была вести Алла Пугачева, начинающая с песен великого маэстро. При этом на вечере значились фамилии (идет перечисление "звезд" кино и эстрады. - В. Д.). Завершить концерт должны были Ф. Киркоров и сама А. Пугачева".
Еще одна неточность. Алла Борисовна должна была лишь вести концерт, сопровождая его своими воспоминаниями.
Дальше - еще любопытнее: "На подготовку и организацию памятного мероприятия Алла Борисовна и Филипп Киркоров потратили немало времени и вплоть до последней минуты активно дискутировали между собой, обсуждая детали предстоящего концерта. Однако в последний момент ситуация резко изменилась. Узнав о предстоящей акции, в ней пожелала участвовать и Маша Распутина, первоначально не заявленная в составе участников..."
И опять неправда. Не знаю, что думали организаторы вечера памяти Леонида Дербенёва, но в разговорах со мной ни разу не вставал вопрос о том, будет ли участвовать Маша Распутина в концерте. Конечно, будет. Как же иначе, если даже в такой предвзятой статье утверждалось, что "Распутина как певица сформировалась на песнях Дербенёва и последние годы жизни поэта помогала ему и творчески, исполняя его песни, и материально..."
Вот этого в статье я уж никак не могла понять: что значит - помогала "материально"? Разве Леонид Дербенёв нуждался в материальной помощи от кого бы то ни было,; активно работая и из всех поэтов-песенников получая самые большие авторские гонорары? Ладно, пусть это утверждение останется на совести автора (не подавать же на него в суд за клевету).
Да и о том, что Распутина будет петь в концерте, Пугачева знала с самого начала.
Прокомментирую еще несколько фрагментов из этой статьи.
"...Далее конфликт начал назревать. Г-жа Распутина настояла на том, что именно она должна завершать концерт песней "Я вернусь", мотивируя это тем, что это песня-реквием, последняя из написанных уже смертельно больным Дербенёвым для Маши".
Ни у кого из организаторов и мысли не было заканчивать концерт иначе. Только песней "Я вернусь".
"...Возмущенная суперзвезда (речь идет уже о Пугачевой. - В. Д.) отбросила сценарий и покинула Театр эстрады..."
И все же у автора статьи хватило здравого смысла закончить ее так: "...К сожалению, даже дань памяти великого поэта не смогла остановить скандал и амбиции..."
Другие публикации были мягче. К примеру, статья Татьяны Степановой "Все пройдет", но "Любовь не проходит", появившаяся 7 декабря того же года в "Подмосковных известиях", где она писала: "...Большим огорчением для зрителей стало отсутствие на вечере Аллы Пугачевой, заявленной в афише, и свое недовольство некоторые из них выражали довольно громко. Конечно, печально такое отношение "звезды" к памяти человека, помогшего ей выбиться в эти самые "звезды"... Но помимо вышеуказанного происшествия были на концерте моменты, достойные уважения..."
Она имела в виду тот эпизод, когда Игорь Наджиев, исполнив две песни Леонида Дербенёва, спустился в зал с букетом цветов, подошел ко мне и, опустившись на колени, сказал: "Все цветы сегодня ваши. Вера Ивановна..."
И заканчивалась эта статья очень добрыми словами: "Все, кто принимал участие в вечере, с необычайной теплотой и грустью отзывались о Леониде Петровиче. И нет ничего удивительного в том, что поэта все любили - ведь его стихи шли от души. В нем удивительно сочетались любовь к семье, работе и рыбалке; он был четкий практик и отчаянный романтик... Не проходит любовь к человеку, стране, родному городу. Именно о такой любви песни "Ах, Москва!", "Я и ты", "Живи, страна!", прозвучавшие в исполнении его создания, его "Галатеи" - Маши Распутиной. Об этом чувстве одна из его последних песен "Я вернусь", музыку к которой написал Игорь Матета, завершившая вечер памяти великого мастера".
К годовщине смерти Леонида Дербенёва мы заказали ему памятник, в который вложены и те деньги, которые собрали артисты на концерте. Теперь над могилой Дербенёва в его песенной галактике светят звезды большие и яркие, звезды помельче и совсем маленькие - пока - звездочки, которые не покинули его и после его смерти. Нет в этой галактике только двух звезд, но галактика от этого не изменилась и не исчезла.
Месяца через два после того концерта очень поздно, почти ночью, мне позвонила Алла Пугачева. Разговор был совсем не тот, который я предполагала, услышав в трубке ее голос. Я-то, грешным делом, подумала, что речь пойдет о том инциденте на концерте, который следовало бы уладить, но повод оказался совсем другим. Алла Борисовна обвинила меня во всех смертных грехах, которые, видит Бог, я не совершала в отношении нее и не могла бы совершить, поскольку ничего, кроме благодарности за ее помощь во время болезни Лёни и в первые дни после его смерти, к ней не испытывала. Да, была, конечно, горькая обида из-за концерта, но это, как говорится, дело сиюминутное. Оказалось, кто-то очень постарался впутать меня в какие-то денежные расчеты с ней. Тон разговора Аллы Борисовны, а вернее, ее монолога, был крайне резким и неприятным, что очень огорчило и обидело меня. После этого много лет мы с ней не общались.
22 ноября 2002 года в концертном зале "Россия" должен был пройти вечер памяти Леонида Дербенёва под названием "Между прошлым и будущим". Устроители концерта даже мысли не допускали, что он может и на этот раз пройти без Аллы Пугачевой, поскольку в истории нашей песни их имена навсегда остались стоять рядом. Я собралась с силами и позвонила ей. Она дала согласие выступить.
Организаторы концерта, телеканал ОРТ, на котором собирались этот концерт показать в записи (и в начале 2003 года показали), дирекция концертного зала "Россия", памятуя прошлую историю, даже помыслить не могли, чтобы в этом концерте была заявлена Маша Распутина. Вдруг Алла Борисовна, увидев на афише свое имя рядом с Распутиной, снова не захочет выйти на сцену.
За последние десять лет своей жизни Леонид Дербенёв написал для Маши много шлягеров, некоторые из них все же стояли в программе, но в исполнении других певцов. Изменить что-либо было не в моих силах. Ради того, чтобы концерт состоялся, ради памяти мужа, хотя порой мне казалось, что он не одобрил бы меня, я пошла на то, чтобы все было, как хотят организаторы концерта.
Концерт памяти Леонида Дербенёва длился около пяти часов, зал был заполнен до отказа его почитателями всех возрастов и после каждой песни взрывался восторженными рукоплесканиями, а перед концертом на Площади Звезд засияла звезда с именем Леонида Дербенёва, и это для нашей семьи - главное!
В день смерти Лёни первой я позвонила Маше Распутиной - Володя не захотел будить ее и расстраивать... Я уже писала, что обратилась к Алле Пугачевой помочь мне организовать поминки. Узнав об этом, Маша удивилась: "Почему Алла, почему не я?" И тогда мы решили, что Маша возьмет на себя все расходы по поминкам на сороковой день, которые будут проходить в том же ресторане.
На сороковины собралось также много народа: и близкие друзья, и просто друзья, и знакомые, и "халявщики", конечно, и случайные люди, чьи лица мне были смутно знакомы или не знакомы вовсе. Не было только Маши Распутиной с мужем. Она должна была вернуться с гастролей где-то в середине дня и обещала приехать прямо из аэропорта.
Мы сидим уже больше четырех часов, многие уже уходят потихоньку - ведь поминки не свадьба, надо и честь знать. Остаются мои друзья и "зрители", ждущие появления Маши. Я очень устала в тот день, мы с дочерью хотим домой, и мне уже все равно, когда приедет Маша и приедет ли она вообще. Поднимаюсь в кабинет директора ресторана. Директор - актриса Алла Будницкая, подруга Аллы Пугачевой. Мы с ней знакомы еще со времени съемок фильма "Женщина, которая поет", но не виделась очень давно. Поговорили о прошлом, погоревали о Лёне. Я спросила, как обстоят дела с платой за поминальный обед.
Алла Будницкая говорит, что Маша Распутина внесла аванс (долларов 200, кажется, уже не помню) и надо заплатить еще в десять раз больше как минимум. У меня с собой таких денег нет. Я объясняю Алле, что ждать Машу больше не могу и, если это возможно, привезу деньги на следующий день. "Конечно, возможно", - говорит Алла.
Я возвращаюсь в зал и назначаю себе еще полчаса, а потом мы с дочерью уедем... Сижу и злюсь. Совсем не так все было в первый раз. Алла Пугачева все четко организовала, так деликатно себя вела, не дав никому почувствовать, что поминки на ее деньги... И оплатила все заранее.
А сейчас я сижу, как бедная родственница. И зачем согласилась? Пригласила бы домой самых близких и дорогих для Лёни и меня людей, посидели бы дома, вспоминая Лёню. И не вводила бы никого в большие расходы...
И "эти" всё сидят, Машу ждут, на концерт, что ли, пришли! Я накручиваю себя все больше и больше. Естественно, выпиваю, когда произносят "Светлая память". И знаю ведь, прав был Лёня, говоря, что когда я выпью, я дурею. Потому и не злоупотребляю спиртным. В праздники, когда обстановка веселая и спокойная, спиртное на меня возбуждающе не действует. Не из-за чего заводиться. Но если у меня неприятности, если мне кажется или так оно и есть, что кто-то обижает меня или моих близких, - я "слетаю с тормозов".
Так было и в этот раз - "с тормозов я слетела", едва Маша и Володя появились в зале ресторана. Я набросилась на них с оскорбительными упреками. Они пытались утихомирить меня, объяснить, что самолет опоздал, а потом они поехали на кладбище



Болезнь и смерть:

:Этого времени ждать не было сил. В семь я позвонила в реанимацию.
- Дербенёв еще жив... Умер?
- Да, в пять часов утра. Сразу же после вашего ухода он снова потерял сознание.
Мы с Леной начали уговаривать друг друга, что смерть для Лёни - благо, избавление от страшных мук.
Для нас начинается новая трудная жизнь - жизнь без отца и мужа. Сейчас не время жалеть себя. Жалеть и плакать будем потом.
Первой, кому я позвонила, чтобы сообщить о смерти Лёни, была Маша Распутина. Трубку снимает Володя Ермаков, ее муж и продюсер.
- Володя, Лёня умер, позови к телефону Машу.
- Маша спит, я не буду ее будить. У нее вечером концерт, ей надо выспаться, а она расстроится...
Я бросаю трубку. Звоню Игорю Матете.
- Игорь, Лёня умер.
- Вера Ивановна, я немедленно еду к вам.
Дожидаясь приезда Игоря, мы с Леной обзванивали знакомых, сообщая им о смерти Лёни. Сами мы садиться за руль не могли, поэтому и ждали Игоря.
Позвонила к Алле Пугачевой, попросив ее рекомендовать какой-нибудь ресторан для поминок. Нам не хотелось заказывать зал в большом ресторане. В других залах могла быть свадьба или чей-то юбилей, с музыкой, песнями, танцами. Нам нужен был маленький ресторанчик человек на сто, сто пятьдесят, где собрались бы только близкие друзья и знакомые Дербенёва.
Алла пообещала поручить своему директору организовать достойные поминки, найти тихий ресторан. (Они с Филиппом уезжали на два дня на концерты, но на похоронах, обещали, обязательно будут.) Оплатить все расходы в ресторане она тоже захотела сама. Мы с Леной на это согласились с благодарностью. Наличных денег в доме было не очень много, а нам еще предстояли большие траты на отпевание, захоронение, дальнейшую жизнь...
Приехал Игорь Матета со своим отцом... Мы поехали на Каширку. В кабинете завотделением я написала заявление с просьбой не производить вскрытие - по православным правилам этого делать не полагалось. Заказали гроб. Потом поехали на Востряковское кладбище, именно там мы хотели похоронить Лёню.
Все его родственники похоронены на Ваганьковском кладбище. Но мы, еще и не думая о смерти, как-то в разговоре полушутя решили, что когда (когда-нибудь) умрем, то уж лучше вместе быть похороненными на Востряковском (там лежат мои мама и бабушка), чем на Ваганьковском, где в двух могилах захоронены шестеро из рода Дербенёвых-Захаровых. "Я не хочу лежать там один, без тебя, - говорил Лёня, - а для тебя там место вряд ли найдется, слишком много молодых Дербенёвых, Захаровых, Кантовских будут претендовать на место в этой уже ставшей братской могиле".
Маше Распутиной все же сообщили о смерти Лёни. Она тут же позвонила своим директорам, которые в это время были на телевидении, те сообщили о смерти Дербенёва в редакцию новостных программ первого канала. Как я уже говорила, в вечернем выпуске новостей "Время" было сделано сообщение о скоропостижной смерти Дербенёва и в каком храме состоится отпевание (кладбище было названо неверно). Смерть Лёни, конечно, не была скоропостижной. Когда ребята Маши Распутиной позвонили мне, я сказала, что два дня назад отвезла Леонида Петровича в больницу, и вот теперь его нет... О том, что он долго болел, они просто не знали.
Вечером 23 июня 1995 года тело Леонида Дербенёва было привезено в храм Знамения иконы Божией Матери в Переяславской слободе, что возле станции метро "Рижская". Всю ночь над ним читали заупокойные молитвы, а утром 24-го состоялось отпевание. Храм был полон. Отпевали его по высшему разряду, как отпевают служителей церкви. На протяжении более чем пятнадцати лет он был прихожанином этого храма, знал всех священнослужителей и они знали его...
Юрий Паркаев:
:Другой юбилейный вечер Леонида Дербенёва, состоявшийся в начале 1990-х годов в Театре эстрады, оставил у меня довольно грустные воспоминания, несмотря на всю его торжественность и аншлаг.
Выступали звезды, их было много. Лёня время от времени появлялся на эстраде, встречаемый аплодисментами. В финале было торжественно объявлено:
- А сейчас...
В зале мгновенно бешено захлопали, застучали, засвистели, какие-то бойкие девицы, визжа, рванулись к сцене с огромными букетами цветов.
- .. .Алла Пугачева!!!
Зазвучали Ленины песни, которые знали все, от мала до велика: "Все могут короли", "Волшебник-недоучка", "Так же, как все", "Если долго мучиться"...
Выступление прославленной певицы имело, как всегда, огромный успех: зал стонал от восторга.
Леонида Петровича звезда эстрады вытащила на сцену, они стояли рядом, оглушенные овациями зала, но было ясно, что зрители хлопали своему кумиру, а не автору блистательных песен и не композитору, которого не было в зале. Они, как всегда, оставались как бы сбоку припеку, существовали постольку-поскольку. Героиней вечера стала, по сути дела, примадонна, а не истинный виновник торжества, в честь которого по окончании был устроен банкет. Здесь опять звучали поздравления, заздравные тосты, было много гостей, объяснявшихся в любви к юбиляру. Стол прогибался от выпивки и закуски, было шумно, многолюдно, но как-то не очень весело.

Источник:
http://allaborisovna.narod.ru/bg/sta/mezhdu1.htm
 
Звезды Сибири: артисты Кузбасса, Новосибирской области и других сибирских регионов